Інститут Україніки

Головне меню

Карта проїзду

 

В истории есть факты, которые всегда останутся легендами, ибо они не могут быть подтверждены архивными документами и главным аргументом их доказательности может являться лишь логика исторического процесса.

                

Так обстоит дело с первоначальной историей основания Иркутского острога. В свое время А.Н. Копылов очень убедительно доказал, что архивные документы XVII в. в фондах РГАДА твердо говорят лишь о построении Иркутского острога 1661 г.; ни о каких более ранних датировках основания Иркутска в свете этих документов не может быть и речи1. Однако, почти все списки иркутских ле­тописей, не «оговариваясь», в один голос утверждают, что первый Иркутский острог был срублен в устье Иркута на Дьячем острове в начале 1650-х гг.2. Они расходятся лишь в частности: одни в качестве первостроителя называют енисейского сотника П. Бекетова, другие енисейского сына боярского И. Похабова.

            

Первое, что заставляет насторожиться в этих преданиях иркутских летописей — это название острова — Дьячий, Дьяков. Если учесть, что это самое первое и раннее знакомство русских с устьем реки Иркута, то почему этот остров носит сугубо русифицированное название, хотя большинство топонимов вокруг Иркутска, связанных с эпохой первого прихода сюда русских, имеют бурятское происхождение? Следовательно, можно предположить, что события начала 1650-х гг. уже вторичны по отношению к действительно первому знакомству русских с этим районом. Таким, вроде бы первым реальным фактом было приведение к шерти3 в 1647 г. М. Похабовым бурятского князца Нарея, улус которого располагался в среднем течении и до устья реки Иркута4.

                

Следует учесть, что уже с начала 1640-х гг. русские власти располагали очень точной информацией о западном Прибайкалье. Начало этому положил К.Иванов, установивший в 1640-1641 гг. начало рек Ангары и Лены и составивший подробную карту Байкала5. Этот район был хорошо известен также и боевому сотоварищу И. Похабова енисейскому сотнику М. Перфильеву, который с начала 1630-х гг. не раз ходил по Ангаре и верхней Лене, причем военная судьба не раз сталкивала вместе Ивана Похабова и Максима Перфильева. Они не раз сменяли друг друга в должности при­казчиков Братского острога, а в 1646 г. именно Иван спас Максима от верной гибели, когда толпы бурят осадили Брат­ский острог, где засел со своим многочисленным отрядом Максим. Народные казачьи предания упорно соединяют эти два имени, говоря о большой битве в Монастырской долине, где двое суток наши герои отчаянно дрались с бурятами и разбили их, после чего в этом районе окончательно установился «государев» порядок6. И само название острова в устье Иркута, где Иван Похабов в начале 1650-х г. поставил первый небольшой острог, также может быть связано только с именем Максима, ибо он до того как поменять перо на саблю, служил подьячим в енисейской приказной избе, пользовался большим авторитетом у властей и казаков, которые за глаза называли его «дьяком». Поэтому мы предполагаем, что сам остров был в свое время открыт именно М. Перфильевым, а Иван Похабов, разбив князца Нарея, мог поставить небольшое зимовье-острог на этом острове как свою опорную базу перед большим походом через Байкал. Причем, в своей отписке он прямо советовал властям поставить остроги на реках Белой, Иркуте и на устье Селенги7. Во всяком случае, народные исторические предания далеко не случайно связывают воедино имена Пер­фильева, Похабова и остров Дьячий. По этой же версии, первыми жителями нового Иркутского острога 1650-х гг., яко­бы, являлись пятидесятник Березовский и сын боярский Петрушка Тальшин, а приказчиком в 1659 г. был прислан ени­сейский сын боярский Самойлов. С точки зрения абсолютной исторической истины эти сведения неверны, ибо, как доказал в свое время еще А.П. Окладников, упоминание фамилий Березовского и Тальшина в контексте событий 1650-х гг. является лишь реминисценцией воспоминаний в народе о более поздних событиях 1696 г.8; енисейский сын боярский Первой Самойлов действительно был приказчиком Иркутского острога, но только в 1675 г.9 Однако, и здесь народный вымысел основывается на некоторых достоверных фактах истории: под 1647 г. встречаемся с фамилией ка­зака Ивана Самойлова, который был послан вместе с К.И. Москвитиным и И. Ортемьевым к монгольскому царю Чичину10. Известен также по истории Енисейска и московский дворянин Карп Самойлов, служивший с 1660 г.11

                 

Исторически вероятной выглядит и вторая версия, которая связывает доставление Иркутского острога 1650-х гг. с именем енисейского сотника Петра Бекетова, который именно в это время отправился в поход на Забайкалье к Амуру. Причем, зная его тактику, можно не сомневаться, что перед отправкой за Байкал он мог позаботиться о своем тыле и поставить иркутское зимовье, недаром он получил в сибирской истории прозвище «городелец». Более того, эта версия косвенно подтверждается ответом иркутской приказной избы на анкету Г.Ф. Миллера в 1736 г. Отвечая на вопрос о времени основания города, иркутские власти записали, что «по скаскам иркуцких отставного служилого Любина Ягодина да пашенного крестьянина Степана Варакина показано... что де слыхали они от отцов своих прежде де Иркутской острог строил енисейской сын боярской Бекетов, и в то де время были их отцы Ефим Ягодин да Иван Варавкин посланы де они были из Енисейска... в Ыркуцк и в Нерчинск для постройку острогов... и пришли де они в Ыркуцк на пустое место...»12. Достоверность сведений информаторов о казачьих службах их отцов не вызывает сомнений, ибо действительно в Енисейске середины XVII в. Василий Ягодин дослужился даже до чина пятидесятника13.

             

Таким образом, мы не можем утверждать, что нашли исторические доказательства, подтверждающие более раннее основание Иркутска, чем 1661 г. В то же время мы полагаем, что этот вопрос не зря, по выражению А.Н. Копылова, «за­тянулся», ибо в его основе лежат реальные факты истории присоединения Прибайкалья. Доказательства основания Иркутского острога 1650-х гг. надо искать не в царских грамотах и наказных воеводских памятах, ибо если и ставился острог, то явно «самочинным» способом, по воле самих казачьих атаманов и казаков. Ответ на эту загадку, скорее, лежит в различных челобитных енисейских и иркутских казаков о своих службах, и, возможно, будущий исследователь, предпринявший сплошное обследование всего массива этих источников, и найдет более веские доказательства.

           

Примечания:

           

1 Копылов А.Н. Затянувшийся вопрос (О дате основания Иркутска) // Ангара. — 1960.

            

№ 4. - С. 143-146; Он же. История СССР.1960. - № 5. - С. 165-166.

            

2 РГАДА. Ф. 183. Д. 60. Л. 1-1 об.; Иркутская летопись (Летописи П.И. Пежемского и В.А. Кротова). С предисловием, добавлениями и примечаниями И.И. Серебренникова // Труды Восточно-Сибирскогоотдела РГО. - Иркутск, 1911. - № 5. - С. 5; Первое столетие Иркутска. — СПб.,1902. - С. 120 и др.

          

3 Шерт - присяга мусульман на подданство.

          

4 Сборник документов по истории Бурятии XVII в. - Улан-Уде, 1960. - Т. 1. - С. 120.

              

- № 43; Дополнение к Актам историческим.- СПб., 1848. - С. 68-70. - № 15.

            

5 Гурулев С.А. Что в имени твоем, Байкал. — Новосибирск, 1991. — С. 24—25; Полевой Б.П. Курбат Иванов - первыйкартограф Лены, Байкала и Охотского побережья (1640—1645 гг. ) // Известия ВГО.

             

- Л., 1960. - № 1. - С. 37-42.

            

6 Окладников А.П. Очерки из истории западных бурят-монголов (XVII—XVIII вв.).

             

- Л., 1937. - С. 88, 126, 199.

              

7 Окладников А.П. Иркутская старина. О «Дьячем острове» // Иркутские губернские ведомости.

              

- 1857. - 20 июня. :- С. 9-11; Окладников А.П. Указ. соч. — С. 85.

             

8 См.: Окладников А.П. Указ. соч. — С. 196-199.

             

9 Дополнение к Актам историческим... — СПб., 1875. - Т. 9. - С. 37. - № 14.

             

10 Там же. - Т. 3. - С. 108-111. - № 42; Оглоблин Н.Н. Обозрение столбцов и книг Сибирского Приказа. — М., 1895. — Ч. 1. — С. 213.

              

11 Быконя Г.Ф. Русское неподатное население Восточной Сибири в XVIII — началеXIX века. -Красноярск, 1985. -- С. 238- 239.

           

12 РГАДА. Ф. 199. Портф. 481. Ч. 7. Л. 1 об.

                 

13 Копылов А.Н. Русские на Енисее в XVII в. - Новосибирск, 1965. - С. 158.

                

Земля Иркутская. — 1994. — № 1. — С. 4—5

                     

Иркутск: события, люди и памятники: Сб.статей по материалам журнала «Земля Иркутская»/Сост. А.Н. Гаращенко - Иркутск: Оттиск, 2006.-528с. ил.

  • 06
  • 09
  • 10
  • 11
  • 01
  • 02
  • 03
  • 04
  • 05
  • 15
  • 07
  • 08
  • 12
  • 14
  • 15
  • 01
  • avtoportret khudozhnika
  • chi daleko do afriki
  • kholodniy dush istorii
  • mariya bashkirtseva
  • petro yatsik
  • poet iz pekla
  • prigodi kozaka mikoli
  • privatna sprava
  • ukrainski metsenati
  • 25poetiv

Хто зараз на сайті

На сайті 67 гостей та відсутні користувачі

Відкритий лист